Битва при Битонто (1734): испанцы возвращают Неаполь

Битва при Битонто 25 мая 1734 года стала решающим моментом испанского наступления в Южной Италии во время Войны за польское наследство и фактически завершила организованное австрийское сопротивление в Неаполитанском королевстве вне нескольких крепостей. До этой битвы испанцы уже вошли в Неаполь почти без боя и блокировали австрийские гарнизоны в Гаэте и Капуе, но именно победа под Битонто превратила успех похода в устойчивый политический результат. Сражение произошло возле города Битонто в Апулии, и его исход показал, насколько быстро может рухнуть власть вице-королевства, если у него нет поддержки среди местных элит и населения. Победа испанцев была не просто эпизодом на карте: она открыла дорогу к признанию Бурбонского режима в Неаполе и стала символом возвращения Испании в Италию, пусть и в новой форме. Эта форма была важна: корона досталась не мадридскому королю напрямую, а его сыну Карлу, который затем начал строить в Неаполе собственную монархию, отличную от эпохи испанских и австрийских вице-королей.​

Предыстория: почему Испания снова пошла в Италию

Причина испанского похода в Неаполь была связана с реваншем за потери, закреплённые после Войны за испанское наследство, когда Испания лишилась Неаполя и Сицилии в пользу Габсбургов. В источнике о битве подчёркивается, что Филипп V стремился отвоевать Неаполь и Сицилию, утраченные после предыдущей войны, и что его стремление усиливалось влиянием королевы Елизаветы Фарнезе, имевшей собственные династические интересы в Италии. В начале 1730-х годов внешняя ситуация стала благоприятной: Война за польское наследство отвлекала Австрию, а морские державы, такие как Великобритания и Нидерланды, сохраняли нейтралитет, что снижало риск немедленного международного удара по испанским коммуникациям. В источнике также указано, что Испания и Франция заключили договор, известный как договор в Эскориале, который стал первым из «семейных пактов» и предусматривал взаимную поддержку и совместные действия против габсбургских владений в Италии. Поэтому поход был заранее подготовленным проектом: он опирался на союз, на расчёт слабости противника и на готовность действовать быстро.​

Важной частью предыстории было и то, что во главе итальянской операции оказался Карл, правитель Пармы, сын Филиппа V и Елизаветы Фарнезе. Источник описывает, что испанский флот высадил армию в Генуе, где она соединилась с войсками Карла, после чего около 21 тысячи человек прошли через Папскую область к Неаполю без сопротивления. Этот маршрут показывает, насколько в XVIII веке многое зависело от дипломатии прохода и от того, кто решает не препятствовать армии на своей территории. Дальше источники фиксируют, что Карл вошёл в Неаполь почти беспрепятственно и объявил себя королём Двух Сицилий 7 мая 1734 года, то есть ещё до битвы при Битонто. Следовательно, Битонто стало моментом, когда заявленная корона начала превращаться в реальную власть, подкреплённую военной победой над оставшимися силами противника.​

Силы сторон и выбор места: почему бой произошёл именно у Битонто

Австрийский вице-король Гвидо Висконти сначала отступал к Бари, а затем покинул регион морем 21 мая вместе с одним из генералов, оставив командование армией князю Бельмонте. Это обстоятельство само по себе влияло на мораль: когда верховная власть уходит, у войска появляется ощущение, что оно брошено, а у населения — что сопротивление бессмысленно. Источник отмечает, что австрийцев усилили подкрепления, прибывшие с Сицилии, и группа новобранцев, доставленная в Таранто, но эти силы всё равно оставались ограниченными и неоднородными. Князь Бельмонте решил принять бой у Битонто 24 мая, потому что опасался испанских подкреплений с моря и хотел разбить армию Монтемара до того, как она станет ещё сильнее. Он разместил неопытные подразделения в самом городе и попытался использовать низкие стены и два монастыря как опорные пункты обороны, создавая линию, за которую солдатам проще держаться.​

С испанской стороны ключевую роль играл граф Монтемар, который вёл около 12 тысяч солдат после отхода австрийского вице-короля, а затем, по сообщениям Бельмонте, получил подкрепление примерно в 3 тысячи человек, доведя численность до около 14 тысяч опытных и хорошо оснащённых бойцов. Разница в качестве войск была критической: источник подчёркивает, что у австрийцев были неопытные части, а испанцы имели более подготовленный состав. Место боя — район Битонто — позволяло развернуть пехоту и кавалерию и одновременно опираться на городские точки обороны, поэтому обе стороны видели в нём удобную арену для «решающего» столкновения. При этом из текста видно, что главной надеждой австрийцев было заставить испанцев атаковать укреплённые позиции и потерять темп наступления. Но в реальности подготовленность и численное превосходство испанской кавалерии сделали такой план крайне рискованным.​

Ход сражения: как испанцы сломали оборону

Сражение началось на рассвете 25 мая 1734 года, и Монтемар выстроил войска «зеркально»: пехота против пехоты и кавалерия против кавалерии, при этом часть испанской кавалерии была оставлена в резерве на правом фланге из-за её численного превосходства. Источник описывает, что сначала испанцы делали обманные движения, пытаясь выманить австрийцев из оборонительных позиций, а затем начали основную атаку. Около 10 часов утра австрийская кавалерия не выдержала и начала беспорядочное отступление к Бари, вскоре за ней отступил и сам Бельмонте. После этого вся система обороны посыпалась: часть австрийских рот пыталась уйти вслед за кавалерией, другие стремились прорваться на север или укрыться в Битонто, но общий порядок был утрачен. Два монастыря, которые австрийцы приспособили под оборону, были взяты штурмом, а гарнизон города капитулировал на следующий день из-за нехватки боеприпасов и продовольствия.​

Эта картина важна, потому что показывает типичный механизм «перелома» в войне XVIII века. Нередко решающим становился не момент полного уничтожения армии, а момент, когда войско теряло строй и способность подчиняться единому приказу, после чего даже укреплённые точки превращались в ловушки. Испанцы сумели добиться именно такого результата: они не только выиграли поле, но и навязали противнику бегство, которое деморализовало гарнизоны в городах и подорвало способность к обороне. Источник подчёркивает, что после Битонто организованное сопротивление Австрии в королевстве прекратилось, оставшись лишь в нескольких крепостях, что и делает битву ключевым событием. Таким образом, Битонто стало не просто победой, а переключателем режима: после него вопрос стоял уже не «удержит ли Австрия Неаполь», а «когда последние крепости признают новую власть».​

Последствия: капитуляции, поддержка населения и «очищение» королевства

Сразу после битвы Бельмонте пытался собрать остатки войск в Бари, но, как отмечает источник, сопротивление со стороны местного населения, мобилизовавшегося в пользу испанцев, делало это почти невозможным. В итоге он сдал около 3800 человек местным властям, что показывает редкий, но важный момент: политическая позиция города и провинции может решить судьбу армии так же, как и бой. Несколько сотен солдат, сумевших уйти на север, добрались до Пескары, но это уже не влияло на общий результат кампании. Источник сообщает, что другие города королевства признали испанскую власть, и лишь две крепости продолжали сопротивление до осени: Гаэта держалась до августа, а Капуа капитулировала только 30 ноября, причём её гарнизон вышел с полными воинскими почестями. Такая последовательность объясняет, почему Битонто воспринимается как решающая победа: она лишила Австрию возможности вести манёвренную войну, оставив ей только осадную оборону отдельных пунктов.​

Символическая сторона победы тоже была важна, потому что власть в XVIII веке всегда требовала праздника и знака. Источник о Карле III отмечает, что после победы Неаполь был освещён три ночи, а Монтемар получил титул герцога Битонто, что показывало превращение военного успеха в новую иерархию наград и легитимности. В тексте о битве сказано, что возвращение Двух Сицилий было подтверждено Венским договором 1738 года, то есть политический итог был закреплён международно. Это подчёркивает главный принцип эпохи: армия создаёт факт, а дипломатия делает его признанным. Для жителей королевства последствия были смешанными: с одной стороны, они выходили из режима австрийского вице-королевства, с другой — они становились частью новой бурбонской монархии, которая обещала «своего» короля, живущего в Неаполе.​

Значение Битонто для истории Италии

Битва при Битонто стала важным узлом итальянской истории XVIII века, потому что она не только изменила южный баланс сил, но и подготовила появление нового самостоятельного центра власти в Неаполе. Она показала, что Австрия не всегда способна удерживать отдалённые владения, если её ресурсы растянуты на нескольких фронтах и если местные элиты не готовы защищать вице-королевский режим. Победа также стала практическим исполнением амбиций Елизаветы Фарнезе, которая стремилась обеспечить своим сыновьям престолы в Италии и вернуть Бурбонам реальную территорию на полуострове. Наконец, Битонто подчёркивает тип войны эпохи: сочетание дипломатических проходов, быстрого марша, локального решающего боя и затем долгой серии осад, закрепляющих результат. Именно поэтому битву можно рассматривать как точку, с которой начинается новая глава южноитальянской монархии, уже не вице-королевской, а королевской.