Понятие «дома» (ойкос) как фундаментальной ячейки общества
Чтобы понять суть византийского общества, необходимо обратиться к его фундаментальной ячейке — «ойкосу». Это греческое слово, которое мы обычно переводим как «дом», на самом деле имело гораздо более широкое и глубокое значение. Ойкос — это не просто здание, а вся совокупность людей, имущества и отношений, составляющих домохозяйство. Он включал в себя не только нуклеарную семью, но и дальних родственников, слуг, рабов, а также все материальные активы — землю, мастерские, скот. Ойкос был одновременно и социальной, и экономической, и религиозной единицей, самодостаточным микрокосмом, из совокупности которых и состояло все государство. Именно благополучие и порядок в ойкосе считались основой процветания и стабильности всей империи.
Состав ойкоса: больше, чем просто семья
В центре ойкоса находилась семья: муж, жена и их дети. Однако границы ойкоса были гораздо шире. В его состав часто входили и другие родственники: овдовевшие родители, незамужние сестры, племянники-сироты. Все они жили под одной крышей или в непосредственной близости и подчинялись главе домохозяйства. Неотъемлемой частью любого зажиточного ойкоса были слуги и рабы. Они выполняли всю работу по дому и в хозяйстве, и их жизнь была полностью подчинена воле хозяина.
Кроме того, в состав ойкоса могли входить и люди, не связанные с его главой узами родства: ученики ремесленника, приказчики в торговой лавке, управляющие поместьями. Все эти люди, жившие и работавшие в рамках одного домохозяйства, составляли единый коллектив. Члены ойкоса были связаны друг с другом сложной системой прав и обязанностей, иерархией и взаимной зависимостью. Это была не просто группа людей, живущих вместе, а сложный социальный организм, сплоченный общими интересами и подчиненный единой власти.
Глава ойкоса: власть и ответственность
Во главе ойкоса стоял его хозяин, или «кириос». Его власть внутри домохозяйства была практически абсолютной. Он принимал все ключевые решения, касающиеся жизни и деятельности ойкоса: управлял финансами, решал, на ком женить своих детей, наказывал и миловал слуг. Его слово было законом для всех домочадцев. Жена, или «деспина», управляла внутренней жизнью дома, но делала это под верховной властью мужа. Послушание и покорность главе ойкоса были главной добродетелью для всех его членов.
Однако власть кириоса была неразрывно связана с ответственностью. Он был обязан обеспечивать всех членов своего ойкоса пищей, одеждой и кровом. Он отвечал за их физическую безопасность, защищая их от внешних угроз. На нем лежала ответственность и за их моральное и духовное состояние: он должен был следить за их благочестием и достойным поведением. Репутация всего ойкоса напрямую зависела от репутации его главы. Хороший кириос — это тот, в чьем доме царят порядок, достаток и благочестие.
Ойкос как экономическая единица
Ойкос был основной производственной и потребительской ячейкой византийской экономики. Его главной целью было достижение самодостаточности (автаркии) и, по возможности, получение прибыли. Для крестьянского ойкоса это означало обработку своей земли, чтобы прокормить семью и уплатить налоги, а излишки продать на рынке. Для ремесленного ойкоса дом и мастерская были единым целым: семья жила на втором этаже, а на первом располагалась лавка, где глава семьи вместе с подмастерьями производил и продавал свой товар.
Крупный аристократический ойкос представлял собой целое предприятие. Он мог включать в себя несколько городских домов, загородные виллы, обширные земельные угодья с деревнями зависимых крестьян, ремесленные мастерские и даже торговые корабли. Управление таким сложным хозяйством требовало целого штата управляющих, приказчиков и счетоводов. Вся экономическая деятельность была направлена на приумножение богатства и влияния ойкоса, что, в свою очередь, укрепляло позиции его главы в обществе.
Социальный и религиозный центр
В византийском обществе статус человека определялся не столько его личными качествами, сколько статусом его ойкоса. Происхождение из знатного и богатого ойкоса открывало перед человеком все двери. И наоборот, человек без ойкоса — сирота, бездомный бродяга — был социальным нулем. Ойкос был главным представителем своих членов во внешнем мире. Все сделки, брачные союзы и юридические споры велись от имени ойкоса, представляемого его главой.
Ойкос был и центром религиозной жизни. В домах состоятельных византийцев часто были свои собственные часовни (евктерии), где семья могла совершать частные богослужения. В каждом, даже самом бедном, доме был «красный угол» с иконами, перед которыми домочадцы молились утром и вечером. Глава ойкоса отвечал за религиозное воспитание детей и слуг. Совместная молитва и празднование церковных праздников в кругу своего ойкоса были важнейшей частью духовной жизни византийца.
Ойкос и полис: частное и общественное
Византийская социальная мысль, унаследовав античную традицию, проводила различие между сферой ойкоса (частной жизнью) и сферой полиса, или политии (общественной и государственной жизнью). Ойкос был миром частных, семейных интересов, в то время как полис был сферой общих, гражданских интересов. Эти две сферы были тесно взаимосвязаны. Считалось, что хороший гражданин и государственный деятель — это прежде всего тот, кто сумел навести идеальный порядок в своем собственном ойкосе.
Умение управлять домохозяйством рассматривалось как лучшая школа для будущего политика или военачальника. Человек, не способный управлять собственной семьей и имуществом, не мог претендовать на управление городом или государством. С другой стороны, главной задачей государства (политии) было создание таких условий, при которых каждый ойкос мог бы мирно существовать и процветать. В византийском представлении стабильное государство покоилось на фундаменте из крепких и благополучных домохозяйств.