Социальная база поддержки монархии и Парламента
Английскую гражданскую войну невозможно объяснить как простой конфликт между четко определенными социальными классами. Раскол прошел не столько между классами, сколько сквозь них, разделив аристократию, дворянство и даже простонародье. Выбор стороны — за короля или за парламент — определялся сложнейшим переплетением множества факторов: географического положения, религиозных убеждений, экономических интересов, а также личных и семейных связей. Хотя можно выявить некоторые общие тенденции в социальной базе поддержки каждой из сторон, в конечном счете гражданская война была конфликтом, который расколол нацию на всех уровнях.
Географический раскол
Одной из наиболее заметных закономерностей было географическое разделение страны. В целом, поддержка короля была сильнее в экономически более отсталых, преимущественно аграрных и менее населенных регионах севера и запада Англии, а также в Уэльсе. В этих областях сохранялись более традиционные, иерархические социальные отношения, а власть местной аристократии и джентри, в массе своей поддержавших короля, была очень сильна. Католицизм и консервативный англиканизм также имели здесь более прочные позиции.
Парламент, напротив, опирался на поддержку экономически наиболее развитых, густонаселенных и урбанизированных регионов юга и востока страны. Эта часть Англии была центром мануфактурного производства, внутренней и внешней торговли. Здесь были сильны позиции пуританства, а социальная структура была более динамичной. Ключевым фактором победы парламента стала поддержка Лондона — крупнейшего города, финансового и торгового центра королевства, который предоставил в распоряжение парламента огромные человеческие и денежные ресурсы.
Аристократия и джентри: раскол элиты
Правящий класс Англии оказался расколот. Высшая аристократия, пэры королевства, в большинстве своем встала на сторону короля. Их статус, богатство и власть были неразрывно связаны с монархией и королевским двором, и они инстинктивно чувствовали, что атака на короля является атакой на их собственные привилегии. Однако даже среди них были исключения: такие влиятельные аристократы, как графы Эссекс и Манчестер, в начале войны возглавили парламентские армии.
Еще более глубоким был раскол среди джентри — многочисленного класса землевладельцев, составлявшего костяк политической нации. Они разделились примерно поровну. На сторону короля встали те, кто был связан с двором, занимал должности по королевскому патенту или опасался, что пуританский радикализм приведет к разрушению социального порядка. За парламент выступили те джентри, кто был недоволен экономической и религиозной политикой короля, имел коммерческие интересы или придерживался пуританских взглядов. Гражданская война во многом была «войной кузенов», конфликтом внутри одного и того же социального класса.
Города и деревня
В целом, города и городское население в большей степени склонялись к поддержке парламента. Купцы и ремесленники крупных торговых и промышленных центров, таких как Лондон, Норидж, Ковентри, были недовольны королевскими монополиями, налогами и попытками регулировать экономику. Кроме того, города были центрами распространения грамотности, новых идей и пуританства. Однако и здесь не было полного единства. Некоторые города, как, например, Честер или Йорк, сохраняли верность королю, а во многих других шла ожесточенная борьба между роялистской и парламентской партиями.
В сельской местности картина была еще более пестрой. Позиция крестьян и фермеров часто определялась позицией их лендлорда. Во многих случаях они просто следовали за своим господином. Однако в районах, где был силен класс независимых зажиточных фермеров (йоменов), симпатии часто склонялись на сторону парламента. Эти люди ценили свою независимость и были восприимчивы к пуританским идеям о личной ответственности и свободе.
Религиозный фактор как главный водораздел
Возможно, самым важным фактором, определявшим выбор стороны, была религия. Религиозные убеждения часто оказывались сильнее социальных или экономических интересов. Подавляющее большинство убежденных сторонников англиканской церкви, ценивших ее епископальное устройство и литургию по Книге общих молитв, были роялистами. К ним присоединились и немногочисленные английские католики, которые, несмотря на преследования со стороны официальной церкви, видели в пуританском парламенте еще большую угрозу.
Идеологическим ядром парламентской партии, напротив, были пуритане. Это понятие объединяло людей с разными взглядами — от умеренных пресвитериан, желавших реформировать церковь по шотландскому образцу, до радикальных индепендентов и сектантов, требовавших полной свободы совести для своих общин. Для этих людей гражданская война была священной войной, крестовым походом против «идолопоклонства» и «папизма», которые, по их мнению, насаждали король и его епископы.
Нейтралитет и местничество
Важно помнить, что огромная часть населения Англии вообще не хотела принимать чью-либо сторону. Для многих крестьян и горожан высокие материи конституционного устройства и религиозной доктрины были далеки и непонятны. Их главной заботой была собственная безопасность и выживание. Они одинаково боялись и солдат короля, и солдат парламента, которые приносили с собой разорение, реквизиции и насилие. Их главной лояльностью была не лояльность королю или парламенту, а лояльность своей деревне, своему городу, своему графству.
Это стремление остаться в стороне от конфликта породило так называемое движение клабменов. В нескольких графствах крестьяне создавали отряды самообороны, вооруженные дубинами и сельскохозяйственными орудиями, и пытались не пускать на свою территорию никакие армии. Они заявляли, что не поддерживают ни одну из сторон и хотят лишь мира и защиты своих домов. Хотя это движение было в итоге подавлено, оно наглядно демонстрирует, что для значительной части англичан гражданская война была чужой войной, навязанной им элитами. Выбор стороны часто был не идеологическим, а сугубо прагматическим решением, продиктованным обстоятельствами.