Юлих-Клевское наследство: кризис на северо-западе

В то время как на юге Германии страсти кипели вокруг Донаувёрта, на северо-западе империи назревал еще более опасный международный кризис, связанный с вопросом о наследстве богатых герцогств Юлих, Клеве и Берг. Эти стратегически важные земли, расположенные в нижнем течении Рейна, граничили с Нидерландами и контролировали ключевые торговые пути и переправы. Когда 25 марта 1609 года умер бездетный герцог Иоганн Вильгельм, последний представитель правившей династии, за его наследство развернулась ожесточенная борьба, в которую оказались втянуты не только немецкие князья, но и великие державы Европы — Испания, Франция и Нидерланды. Этот конфликт, получивший название войны за Юлих-Клевское наследство, грозил перерасти в общеевропейскую бойню задолго до 1618 года.​

Претенденты и «Дортмундский рецесс»

На богатое наследство претендовали сразу несколько родственников покойного герцога, но главными соперниками стали курфюрст Бранденбургский Иоганн Сигизмунд и пфальцграф Нойбургский Филипп Людвиг (позже его сын Вольфганг Вильгельм). Оба они были протестантами (лютеранами), что категорически не устраивало императора Рудольфа II, который мечтал передать эти стратегические земли в руки католиков или даже включить их в состав габсбургских владений. Император объявил, что вопрос о наследстве должен решать Имперский надворный совет, и отправил своего комиссара эрцгерцога Леопольда занять крепость Юлих от имени короны.​

Понимая, что император хочет лишить их законного наследства, два главных конкурента — Бранденбург и Нойбург — решили временно объединиться против Вены. В июле 1609 года они заключили договор в Дортмунде («Дортмундский рецесс»), договорившись совместно управлять спорными территориями и защищать их от внешних посягательств. Этот неожиданный союз протестантских князей, получивших прозвище «владеющие» (Possedierenden), спутал карты Габсбургам. При поддержке голландских войск и французского короля Генриха IV, они сумели осадить и взять Юлих, изгнав оттуда императорского комиссара в 1610 году. Казалось, что протестанты одержали верх, но единство победителей оказалось недолгим.​

Религиозный раскол и пощечина

Союз между Бранденбургом и Нойбургом был обречен из-за личных амбиций и религиозных различий, которые вскоре вышли на первый план. Курфюрст Иоганн Сигизмунд в 1613 году перешел из лютеранства в кальвинизм, рассчитывая на более тесную поддержку Нидерландов. В ответ его соперник, молодой пфальцграф Вольфганг Вильгельм, сделал ход конем: он перешел в католичество и женился на сестре баварского герцога Максимилиана, заручившись мощной поддержкой Католической лиги и Испании. Легенда гласит, что окончательный разрыв произошел во время переговоров, когда разгоряченный спором курфюрст Бранденбургский дал пощечину пфальцграфу, после чего тот выхватил кинжал.​

Теперь бывшие союзники стали смертельными врагами, представляющими два противоборствующих лагеря Европы. В конфликт напрямую вмешались иностранные армии: на помощь новообращенному католику Вольфгангу Вильгельму пришли испанские войска под командованием знаменитого генерала Спинолы, которые заняли вестфальские города и крепость Везель. На стороне кальвиниста Иоганна Сигизмунда выступили голландцы под началом Морица Оранского. Нижний Рейн превратился в театр военных действий, где немецкие земли стали ареной борьбы между Испанией и Нидерландами, возобновившими свою Восьмидесятилетнюю войну. Ситуация накалилась до предела, и казалось, что большой взрыв неизбежен.​

Ксантенский договор и раздел земель

Несмотря на бряцание оружием, ни Испания, ни Нидерланды, ни Франция не были готовы к полномасштабной войне в тот момент. После смерти воинственного Генриха IV Франция заняла более осторожную позицию, а англичане и французы выступили посредниками в переговорах. Под давлением великих держав, опасавшихся неконтролируемой эскалации, враждующие стороны сели за стол переговоров. Итогом стал Ксантенский договор, подписанный 12 ноября 1614 года. Согласно этому соглашению, спорные герцогства не были юридически разделены (формально они оставались единым целым), но фактически были поделены между претендентами по административному принципу.​

Курфюрст Бранденбургский получил герцогство Клеве, графства Марк и Равенсберг — земли, хотя и разрозненные, но давшие Гогенцоллернам важный плацдарм на западе Германии, который в будущем станет основой прусского могущества в Рейнской области. Пфальцграф Нойбургский, ставший верным союзником католиков, получил герцогства Юлих и Берг с городом Дюссельдорф. Этот временный раздел (provisorium) оказался удивительно живучим и фактически определил границы в регионе на столетия. Испанские и голландские гарнизоны, однако, остались в ключевых крепостях еще надолго, гарантируя соблюдение интересов своих держав и превращая Рейнланд в зону постоянного военного присутствия.​

Значение кризиса для Германии

Юлих-Клевский кризис стал генеральной репетицией Тридцатилетней войны, показав, как легко внутренний немецкий династический спор может интернационализироваться и втянуть в себя все европейские державы. Он продемонстрировал полную беспомощность императора, который не смог навязать свою волю князьям и был вынужден наблюдать, как иностранные армии хозяйничают на имперской земле. Кризис также закрепил конфессиональный раскол Германии: переход Вольфганга Вильгельма в католичество и Иоганна Сигизмунда в кальвинизм показал, что религия стала инструментом политической борьбы и выбора внешних союзников.​

Для Бранденбурга (будущей Пруссии) приобретение земель на Рейне имело колоссальное значение: это был первый шаг выхода державы Гогенцоллернов за пределы восточных провинций на общегерманскую и европейскую сцену. Для католиков удержание Юлиха и Берга стало важным стратегическим успехом, так как это преграждало путь протестантизму на юго-запад и обеспечивало «испанскую дорогу» для переброски войск. В конечном счете, Ксантенский мир лишь отсрочил большую войну, но не устранил ее причины, заморозив конфликт в состоянии вооруженного нейтралитета, который рухнул через четыре года с началом чешского восстания.